Помнится, в 1812 году, сразу как прогнали Наполеона, решил я избавиться от вмятин на баке Kawasaki Zephyr 400 – моего первого японца. В те далёкие времена я любил, что называется, «пропадать в гаражах». Поводом была необходимость обслуживания мотоцикла, причём по тем временам поводом не пустым – мотосервисов было мало, толковых механиков ещё меньше. Причиной же была приятная тусовка ужасных на лицо, но добрых внутри байкеров, постоянно ковыряющихся в своих Уралах. Сам я только что пересел с такого на японца, так что темы для разговоров под пиво находились легко. Между прочим, кое с кем до сих пор при случае общаюсь с удовольствием (Петруччо, позвони, я твою визитку потерял!)

Тогдашняя мотокультура ещё ждёт своего исследователя, но сейчас не об этом. Был в гаражах некий Рома – грузин под два метра ростом и сильно за сотню весом, занимался он жестянкой. В качестве рекламы качества он показывал свою Таврию без ручки на пассажирской двери – сделано всё было так, как будто ручки и быть не должно, просто идеально гладкая панель.

Рома выкатил сумму. В ответ на мой резонный вопрос «скока-скока?», он поведал мне технологию правки бака. Для начала из него водой под давлением изгоняется все остатки бензина. Сейчас уже не помню, кажется, потом он ещё и отлёживается несколько дней, чтобы пары топлива окончательно улетучились. Иначе, малейшая искра – и править будет нечего и некому. Потом у бака вырезается днище, выправляются вмятины, днище приваривается обратно и проверяется качество шва. Для этого в бак заливается бензин, а не вода. Дело в том, что у него выше текучесть, поэтому вода может и не просочиться через микротрещину, в которую пролезет бензин. Если же дырочка всё-таки обнаруживается, то история с промывкой, проветриванием и завариванием повторяется сначала.

Едем дальше »

Некоторые люди одушевляют предметы, особенно часто – автомобили и мотоциклы. Приходилось даже слышать «не говори при ней о продаже, а то она обидится, из вредности сломается и ты её не продашь».

Что-то в таком подходе есть. Даже я, человек очень далёкий от всяких суеверий, называю свои аппараты «он» или «она» не из-за «машина» или «мотоцикл», и не из-за «Хонда» или «BMW» (хотя последний так вообще множественное число) – а из-за каких-то его/её свойств, часто необъяснимых.

Если вдуматься, «жизнь» мотоцикла больше похожа на жизнь, чем на существование предмета. Чайник или холодильник стоит себе и стоит, работает и работает, потом – раз! – и готов. А мотоцикл сначала рождается, потом последовательно проходит детство-отрочество-юность (TO1 – обкатка – ТО2), и к тысячам к 15-20 (см. примечание) вступает в пору молодости. Все системы работают идеально, его еще не роняли и не царапали, краску можно полирнуть и она будет как новая, перед дальнобоем достаточно проверить давление в шинах и уровень масла, остальное не подведёт.

Потом, после 30 тысяч (как и после 30 лет) наступает зрелость, когда вроде бы всё хорошо, но что-то может внезапно заболеть. Тут ответственный владелец начинает посерьёзнее относится к здоровью аппарата – меняет на всякий случай аккумулятор, сальники вилки и тосол в системе охлажения, перед дальняком заказывает полную диагностику всех систем, повнимательнее прислушивается к звуку мотора.

Едем дальше »